загрузка...
Лернейская Гидра

Обаятельный и проницательный Эркюль Пуаро раскрывает двенадцать труднейших дел наподобие того, как когда-то Геракл совершил двенадцать подвигов. Это второй из 12-цати рассказов.

2
Киренейская лань

Обаятельный и проницательный Эркюль Пуаро раскрывает двенадцать труднейших дел наподобие того, как когда-то Геракл совершил двенадцать подвигов. Это третий из 12-ти рассказов.

3
Олигарх с Большой Медведицы

Быть олигархом - словно играть в русскую рулетку: в любую минуту можно оказаться за решеткой. Лиза Арсеньева убедилась в этом, когда у нее появился сосед по даче - Дмитрий Белоключевский, бывший мультимиллиардер, владелец "Черного Золота", а теперь еще и бывший зэк, без гроша в кармане, прозябающий в дачной тишине. Только вот тишины что-то не получается, барабан русской рулетки продолжает вращаться: сначала в Лизином гараже обнаруживается труп ее сослуживицы, а спустя несколько дней в них с Дмитрием стреляют. Если бы не ловкость "нищего олигарха", все бы на этом и закончилось. Теперь же ситуация закручивается так, что Лизе самой приходится брать в руки оружие и... спасать жизнь Дмитрию. Нет, все-таки олигарх - это очень опасно, но Лизе, похоже, все больше нравится опасность...

4
Агентурная сеть

Автор 30 лет прослужил в советских органах безопасности, в том числе более 20 лет в разведке. До истечения "срока давности" автор не имел возможности использовать документальные материалы, поэтому, опираясь на реальные события и факты и изменив фамилии основных действующих лиц, время и место действия, в художественной форме рассказал о примерно двадцатипятилетней карьере советского разведчика в Европе, Африке и Юго-Восточной Азии. В книге описываются некоторые операции советской разведки, рассказывается о вербовочной работе, о противостоянии советской и американской разведок, отдельных сторонах жизни советских колоний за рубежом, особенностях разведывательной работы в различных странах.

1
Почти невероятное убийство

Убита при загадочных обстоятельствах сотрудница Комитета по предупреждению преступности при ООН. Подозреваемый скончался. Обычная смерть от сердечного приступа? Или — новое преступление? Агент Дронго, ведущий расследование дела, понимает: убийца — один из свидетелей. Но — кто? Скромный эксперт-нарколог? Куратор «регионального отдела»? Высокопоставленный суперспециалист? Мотивы для убийств — пусть тонкие, пусть почти неочевидные — есть у каждого. Но убийца — только один. А за свидетелем, владеющим важной информацией, ведется охота.

0
Правило профессионалов

Разведчик заданий не выбирает. На этот раз сыщик суперкласса Дронго отправляется в Багдад. Ему нужно найти и ликвидировать предателя — бывшего агента КГБ Волка. Не самая простая задача — Волк умеет «обнажать клыки» и не ведает жалости. Профессионалы — они знают правила таких поединков. Но даже профессионал не может предугадать всего...

2
Десять негритят

Десять негритят отправились обедать,. Один поперхнулся, их осталось девять. Девять негритят, поев, клевали носом,. Один не смог проснуться, их осталось восемь. Восемь негритят в Девон ушли потом,. Один не возвратился, остались всемером. Семь негритят дрова рубили вместе,. Зарубил один себя - и осталось шесть их. Эта кровавая считалочка будет досчитана до последнего человека оставшегося в живых на острове. Будьте уверены!

3
Шаг за грань

Главный герой Энсон работает страховым агентом. За двенадцать лет службы ему становится известным большинство приемов, к которым прибегают мошенники ради наживы. Но он уверен: фирма, в которой он работает - несокрушима. Лишь поворот судьбы заставляет задуматься его...

4
Загадка императора

Сюжет повествования - это тайна гибели Государя и загадочная история русского террора. Зрители увидят и бал в Зимнем дворце, и улицы Женевы и Лондона, и трагические фигуры террористов-народовольцев, и "русского беса" - Нечаева, и даже Карла Маркса, веселящегося в лондонской пивной. А одним из главных героев повествования станет Федор Достоевский, чья странная смерть мистически переплелась с таинственной гибелью Александра II.

4
История русской революции (том 1)

Понять революцию, как и историю в целом, можно только как объективно обусловленный процесс. Развитие народов выдвигает такие задачи, которых нельзя разрешить другими методами, кроме революции. В известные эпохи эти методы навязываются с такой силой, что вся нация вовлекается в трагический водоворот. Нет ничего более жалкого, как морализирование по поводу великих социальных катастроф! Здесь особенно уместно правило Спинозы: не плакать, не смеяться, а понимать.

1